Corteos: «При сегодняшнем дефиците ресурсов должна быть коллаборация, а не конкуренция. Вот что позволит нам всем работать значительно эффективнее!»

Это интервью мы решили записать с руководством технологической платформы Corteos по очень приятному поводу — 10-летию ее успешной работы. За это время компания прошла большой путь — от маленького стартапа до большого игрока российского рынка делового туризма. В настоящий момент платформа объединяет более 10 тысяч компаний-пользователей, причем свыше 50 из них — крупные корпорации из списка Forbes.

Кризисы предыдущих лет и пандемия, безусловно, стали для Corteos серьезным вызовом, но главное — на фоне массового оттока программистов из России, о котором сегодня говорят все чаще, компании удалось сохранить штат, более того — предложить отрасли бизнес-тревел-решения, которые не только должны помочь ей выстоять, но и стать опорой в будущем.

Corteos: «При сегодняшнем дефиците ресурсов должна быть коллаборация, а не конкуренция. Вот что позволит нам всем работать значительно эффективнее!»О них мы и поговорили с генеральным директором Corteos Дмитрием Маркиным и директором по развитию компании Романом Блиновым.

— Дмитрий, как появилась компания Corteos?

— Ее история началась достаточно давно — еще в 2003 году. К тому времени я поработал в разных тревел-менеджмент-компаниях и различных отраслях смежного бизнеса. И понял, что нам не хватает выделенной IT-составляющей, которая бы полностью выполняла заказ деловых кругов. Так сложилось, что сам бизнес и продавал услуги, и занимался фулфилментом. И у меня возникла идея — используя накопившийся опыт, полезные знакомства и хорошую команду вместо множества маленьких продуктов создать одно эффективное решение для всего рынка. Так, в 2012 году мы привлекли частные инвестиции и запустили первый проект «Corteos». Всего через год нам удалось выйти на его окупаемость, то есть старт был достаточно легкий.

В какой-то момент, ближе к 2017 году, развиваться в той модели, которая была актуальна еще в 2011-2013 годах, когда нам заказывали разработку, мы уже не могли. Стало понятно, что множество компаний, экспертиз держать в одной голове внутри своей компании сложно, неэффективно и дорого. Это как песок, уходящий сквозь пальцы: мы не могли полностью контролировать процессы. Поэтому в 2018 году было решено полностью переформатировать концепцию и сделать первую в мире открытую платформу делового туризма. История, которую мы взяли из практик других IT-компаний. К примеру, фирмы «1С» — разработчика платформы. Ее конкретными реализациями занимаются либо на местах, либо компании-интеграторы. В результате сейчас мы видим решения 1С, которые охватывают 95 % российского рынка. Нам бы хотелось занять аналогичную нишу, но в области бизнес-тревел, предоставляя открытую платформу для всех участников рынка. На ней они могут развивать свою уникальную функциональность.

— Роман, а на Ваши плечи легла необходимость донести идею открытой платформы до рынка? Как к ней отнеслись потенциальные партнеры?

— В 2018-м году, когда идея уже сформировалась, мы активно понесли ее в массы, то есть рынок, через профильные СМИ, конференции и Ассоциацию делового туризма. Нам хотелось не просто донести идею до общественности, а обосновать ее ценность для всех участников отрасли. Казалось, что сообщество немного застряло в 2012-2014 годах, продолжая работать в парадигме тех лет, когда технологии шагнули далеко вперед. Причем изменилась не только технологическая составляющая, но и сами процессы. Получилось, что мы взяли на себя благородную миссию — дать бизнес-тревелу нечто более свежее, современное, удобное и доступное. Если говорить глобально — внести свой вклад в оздоровление не просто корпоративного туризма, а IT-отрасли как таковой вообще в России, потому что сейчас она, конечно, столкнулась со сногсшибательными вызовами.

— Дмитрий, за десять лет компания пережила экономические кризисы, пандемию. Можно сказать — и 24 февраля?

— На протяжении всей своей истории мы фактически выходим из одного кризиса и попадаем в другой. Здесь, как мне кажется, кроется алгоритм к созданию стрессоустойчивых моделей.

Тогда, когда мы вышли на самоокупаемость, случился 2014 год — это был серьезный удар по экономике и многим процессам. И что интересно, если бы мы работали по той концепции, по которой работал весь рынок — с огромным количеством людей и избыточными ресурсами, нам, как независимой IT-компании, было бы очень сложно выжить. Потому что заказчики, прежде чем сократить расходы на собственный персонал, сначала уменьшают затраты на своих подрядчиков, останавливая новые проекты.

Наша парадигма существования — это кризисное существование. Мы всегда ожидаем только самое худшее, и, в принципе, в этой модели как раз и кроются самые эффективные и устойчивые решения.

— Какие векторы развития у компании сегодня?

Роман Блинов: Последние год-два, с началом пандемии, вектор компании устремился в сторону глобальных корпоративных решений. Мы добились в этом направлении определенных успехов и намерены его развивать.

Если раньше, с момента основания компании и вплоть до 2020 года, основным партнерами, с кем мы взаимодействовали, были профессионалы рынка, ТМС, поставщики всевозможного тревел-контента, то после 2020-го компания в большей степени стала уделять внимание именно процессам корпораций. Переориентировались на enterprise-сегмент крупного бизнеса. Нам бы очень хотелось помочь им достичь эффекта от внедрения нашей платформы. Таких клиентов на сегодняшний день у Corteos уже более десяти, все крупнейшие российские корпорации.

— В чем, по-вашему, заключается главная проблема разработки российских тревел-технологий?

Роман Блинов: Мы называем ее «рынок курильщика». Это когда многие изобретают свой собственный велосипед. При том что уже изобретено 100500 разных велосипедов, каждый хочет обслуживает свой — целиком и полностью. Хотя, по сути, нужна его аренда, то есть какое-то одно транспортное средство, катающее всех по рынку. Но нет. У нас тратится огромное количество ресурсов, денег, мощностей, человеческих умов на то, чтобы в отдельно взятых местах делать и мультиплицировать одно и то же. Причем это не дает какой-то взрывной результат или не прибавляет ценности, способной в корне изменить ситуацию. Одни догоняют других, другие — смотрят на первых, и получается какая-то закольцованная зависимость. Все пытаются друг перед другом покрасоваться какой-то очередной фитюлькой. А на самом деле эта «фитюлька» не меняет концептуально положения дел уже десятилетие. Печальная история.

А дальше эта история перетекает в глобальную проблему, которая с началом специальной военной операции только обострилась. Она связана с таким понятием, как вендорозависимость. Поясню.

Вот ты на уровне своей гигантской корпорации с десятками, сотнями тысяч сотрудников внедряешь некий продукт западной компании, и тут случается масштабное политическое событие, которое приводит к тому, что этот зарубежный партнер заявляет: «Мы отключаем вас от этой штуки». Ситуация серьезная: тебе нужно в спешке что-то менять, куда-то переходить. Следом копится куча других процессов, которая «вываливается» в глобальную катастрофу для всей корпорации.

Все мы знаем, что «Аэрофлот» отключили от американской системы бронирования Sabre. «Победа» не так давно перешла на отечественную систему «Леонардо». Большие корпорации, подключенные к SAP, сейчас в поисках локальных продуктов, а локального нет. На российском рынке сформировалась жесткая вендорозависимость, и легкого выхода из этой ситуации нет.

Все привыкли жить в парадигме, что Google вечен, Microsoft вечен, Oracle и SAP — это навсегда, они наши партнеры и друзья навеки. Но происходящее показало, что это не так.

— Нам удастся решить эти проблемы импортозамещением?

Дмитрий Маркин: Эта проблема не сводится только к импортозамещению и локализации какой-то разработки, потому что так же, как и западная, российская компания, работающая с иностранными клиентами, тоже могла бы сделать в какой-то момент выбор и отказаться от отечественного рынка, полностью перекочевав на Запад. Здесь важно, что защита от вендорных рисков, парализации деятельности находится не где-то в зоне происхождения или локализации производителя ПО, а в том, какая архитектура используется в программном обеспечении. И ответы в индустрии давным-давно даны, только в нашей, локальной, их пока нет. На наш взгляд, ответ — это платформа с открытым кодом, когда и всей работающей системой, и самим исходным кодом владеет заказчик, который может найти любого интегратора. Клиент сам ведет проект дальше. Или же находит IT-компанию, которая, используя открытый код, продолжает разработку, даже в случае какого-то форс-мажора — некрасивого ухода или банкротства вендора.

К слову, enterprise-сегмент как раз ищет защиту от всех рисков в комплексе. И Corteos, предлагая платформу с открытым кодом, как раз такую защиту дает. Не факт, что подобная защита в моменте будет нужна, но реальность, как мы видим, говорит в пользу того, что это может быть очень сильно востребовано среди тех, кто одним днем буквально лишился вендорской поддержки, у кого аккаунты и в целом работа оказались вдруг заблокированы. Пожалуй, такой риск должен нивелироваться не какими-то договорными отношениями, которые, как мы убедились, не очень-то надежно работают, а именно концепцией и базовой архитектурой ПО.

Возникшая в последние месяцы ситуация стала для всех шоком. Сейчас все столкнулись с дефицитом ресурсов — не только в нашей индустрии, но и в бизнесе в целом. На мой взгляд, коллаборация, а не конкуренция даст нам всем возможность создавать новые продукты максимально эффективно и быстро. Собственно, платформы этому и способствуют.

Современные задачи требуют использования множества сложных технологий, таких как Machine Learning, работа с Big Data, Computer Vision. Неправильно при этом, когда внутри какой-то специализации формируются знания обо всей IT-отрасли.

Роман Блинов: Наша платформа — как раз про коллаборацию. То есть ты размещаешь систему, реплицируешь ее у себя в контуре, и у тебя ее никто никогда не заберет. Это твое, оно будет развиваться, как тебе нужно, под управлением назначенных тобой людей. Никакой Corteos к тебе не придет и у тебя с серверов это «не выпилит». Решение очень удобно, экономит ресурсы и позволяет быть независимым там, где ты хочешь быть независимым, и открытым — там, где ты желаешь быть открытым, при этом работая во благо всего рынка.

— А для малого бизнеса на платформе есть возможности?

Дмитрий Маркин: Конечно. Зачастую небольшие компании сталкивается с очень сложным входом в рынок: приходится долго доказывать свою идею просто для того, чтобы начать взаимодействовать. Здесь, в Corteos, мы открываем динамичный и развивающийся рынок с большим объемом заказов и для стартапов тоже. На базе платформы они могут строить свои гипотезы и предлагать их в рамках платформы крупнейшим клиентам. При этом у нас очень короткий time to market, без серьезного контроля с нашей стороны. Конечно, мы понимаем, что из 20 стартапов только один будет прорывным, но если идея «взлетит», то она взлетит. Для тревел-индустрии вещь достаточно инновационная.

— Какое количество компаний сейчас работает на платформе Corteos?

Дмитрий Маркин: Более 10 тысяч. Из них порядка 50 — из топ-200 списка Forbes. Что касается представителей малого бизнеса, то здесь мы пилотировали порядка пяти разных проектов, и как раз один из них «взлетел». Очень интересный опыт, проверка гипотез. Порой это были итерации подходов «к снаряду», с необходимостью переработок. И, к слову, тогда у стартапа и появляется понимание бизнес-тревел-индустрии, представление, как до конечного клиента донести свою идею так, чтобы она ему «зашла».

Нас считают визуальным лидером отрасли, но наша доля не слишком большая. При этом потенциал роста примерно десятикратный, потому что рынок еще полностью не структурирован.

Визуально он даже как будто сжался, зато стал более кристаллизован и сегментирован в определенных областях.

Да, уход booking.com — это, наверное, не очень здорово с точки зрения конкуренции, но может быть неплохо с точки зрения ускорения бизнес-процессов. Мы долгое время пытались их менять, но из-за высокой степени инерции меняются они медленно и достаточно трудоемко. Нужно много раз подходить, пытаться, искать гипотезы, убеждать. Сейчас, когда старый бизнес-процесс разрушен, на его руинах можно простроить что-то новое значительно быстрее, чем прежде.

— Сколько среди ваших партнеров агентств делового туризма?

Роман Блинов: С нами работают более 40 TMC. Мы очень благодарны тем, кто с нами давно, с первых дней, и тем, кто присоединился недавно. Важно, что идеи, о которых мы говорим, все больше поддерживают даже самые консервативные участники рынка. Corteos — технологическое решение, соединяющее в одном месте всех и дающее множество преимуществ.

— Именно, технологическое. Сейчас все больше говорят о возможном оттоке ИТ-специалистов из России…

Дмитрий Маркин: У нас коллектив достаточно сплоченный и небольшой. В отличие, например, от «Яндекса» или «Сбера», где трудятся сотни или даже тысячи программистов, у нас все достаточно компактно — как раз из-за того, что мы работаем по модели открытого кода.

А что касается нашей геолокации, то компания работает удаленно с самого начала пандемии. И в настоящее время мы гораздо менее привязаны к определенному месту, чем когда-либо прежде.

Роман Блинов: Дело в том, что нам действительно небольшой командой удается создавать решения, для выполнения которых другие «велосипедисты» привлекают десятки людей. И за последние два года мы только росли.

— Что бы вы сказали коллегам, которые пребывают сейчас в растерянности?

Роман Блинов: Нужно менять подходы — переходить от закрытого взаимодействия к открытому, становиться вендоронезависимыми. Мы поддерживаем шеринговую экономику в противовес каких-то собственных разработок. Corteos за коллаборацию между участниками и даже, может быть, конкурентами рынка для достижения большей эффективности для всех. Мы выступаем за развитие малого бизнеса, предоставляем возможность самореализовываться посредством участия в платформе и создания решений для больших компаний в том числе. И поддерживаем импортозамещение во всех его проявлениях, в том числе переход на отечественное программное обеспечение.

Дмитрий Маркин: Не стоит пытаться жить прошлым, как до февральской ситуации, когда для решения проблемы мы наращивали ресурсы. Теперь они ограничены, и их нужно использовать целевым способом, по назначению.

Я бы позволил себе немного перефразировать Столыпина, который говорил: «Нам не нужны великие потрясения, нам нужна великая Россия». Хотелось бы, чтобы мы перестали работать в кризисной модели, а, используя знания, полученные в беспрецедентных ситуациях, вышли на прямую динамического поступательного развития и достигли бесконечного роста. Концепция, которую мы продвигаем, как раз об этом — из инструмента для тревел-индустрии развиться в проект для всего нашего российского IT.

                                                                                               Беседовала Мария Коваль

Источник

(Visited 1 times, 1 visits today)

Стелла Герц

Стелла Герц - автор статей и редактор

Добавить комментарий